Латыши и Белорусы: вместе сквозь века 

2018 © Гомза Дмитрий, Королев Максим, Шустов Дмитрий

  • Facebook Social Icon

Марзалюк И.А. О БНР и БССР

Доктор исторических наук, председатель Постоянной комиссии Палаты Представителей Национального Собрания Республики Беларусь по образованию, культуре и науке, член-корреспондент Национальной академии наук Беларуси Игорь Александрович Марзалюк в беседе с «Евразия.Эксперт» о БНР и БССР (беседовал П. Петровский). Выдержки

Источник: портал «Евразия Эксперт»

Ссылка на статью

К 100-летию БНР и первого провозглашения БССР

- Игорь Александрович, насколько БНР была правопреемницей Всебелорусского съезда?

- Во-первых, давайте мыслить строго в этом плане. Был исполнительный комитет Съезда. В принципе, определённую правопреемственность можно видеть, но до издания III Уставной грамоты. До неё сначала у Исполнительного комитета, а после в период с 9 по 25 марта у БНР была поддержка в Беларуси.

25 марта в итоге объявления независимости БНР произошёл глубокий раскол. Т.к. когда была принята II Уставная грамота, Исполнительный комитет поддерживала не только Могилёвская Рада, но Бобруйская Рада. Минское земство было кооптировано в Комитет. Там были меньшевики, эсеры. Имелось финансирование, в том числе и городских бюджетов. А вот третья Уставная грамота расколола БНР, т.к. не соответствовала первому пункту резолюции Всебелорусского Съезда. Всебелорусский съезд же провозглашал создание Республики, но в естественной связи с РСФСР. Принятие третьей Уставной грамоты вызвало отток из БНР представителей многих влиятельных партий, в том числе и земств, местных органов самоуправления. После этого высший орган БНР, Народный Секретариат, утратил источники финансирования.

С другой стороны, говорить, что только те, кто остался в оккупированном немцами Минске, представляли Всебелорусский Съезд, будет неправильно. Большая часть делегатов, которые также были избраны в том числе и в руководящие органы Съезда, после его разгона, возмущённые этим фактом, поехали в Россию жаловаться Ленину и Сталину на нарушения их же поручений. Это связано с тем, что Всебелорусский Съезд был проведён при полной поддержке руководящих органов Советской России. По приказу Сталина было выделено пятьдесят тысяч рублей для проведения этого Съезда. В процессе Съезд постоянно находился на связи при помощи телеграфа со Сталиным, советовались с Совнаркомом.

Поэтому, когда произошёл разгон, он был шоком для Всебелорусского Съезда. Разгон был самоуправством местного руководства во главе с Мясникяном. Сталин очень резко отчитал местное руководство. Было выдвинуто требование продолжить работу Съезда, чему, к сожалению, помешало немецкое наступление. А чтобы успокоить белорусов, был создан Белорусский национальный комитет 31 января 1918 г. по старому стилю. Белнацком был наделён колоссальными правами и взял на себя функцию продвижения идеи белорусской государственности.

Когда некоторые рассказывают, что БССР была якобы марионеткой в руках Кремля, они забывают, что в Центральной России по самым скромным подсчётам выходцев из Беларуси, беженцев и призванных военных насчитывалось около 2 млн человек. И Белнацком оказался их представителем. Именно беженцы, военные и Белнацком были возмущены тем, что белорусские земли называют Западной областью и потребовали её именовать Беларусью.

Поэтому, если говорить о правопреемниках Всебелорусского съезда, то их было два: Белнацком и БНР.

- Что БНР из себя представляла? Государство, партию, проект? Какие функции она исполняла?

- Наиболее корректно и адекватно говорить о том, что Народный Секретариат БНР представлял из себя политический проект. Ради научной объективности следует сказать, что на первой фазе существования как БНР 1918 г., так и ССРБ 1919 г. являлись политическими проектами. Государствами на тот момент их назвать невозможно.

Но дело в том, что и Литовская Тариба была сначала проектом. БНР просто никому не была нужна. И в последнюю очередь она была нужна немцам. Она не вписывалась в их политическую стратегию на этих землях.

Здесь нужно вспомнить о причинах провозглашения независимости БНР. Дело в том, что 23 марта стало понятно, что Германская империя признает независимость Литвы, а Беларусь немцы не будут признавать ни в каком формате. Они полностью выполняли условия Брестского мирного договора. Провозглашение независимости же инициировала виленская группа белорусов во главе с братьями Луцкевичами. Когда они провели этот шаг и объявили 25-го независимость БНР, больше немецкие оккупационные власти не пускали их в Минск на протяжении всего периода оккупации. Поэтому это нельзя назвать немецким проектом, несмотря на грамоту кайзеру, которую Рада отправила в апреле 1918 г.

Рада пыталась придать этому проекту реальные черты государственности. Однако немцы им не дали никакой возможности контроля над оккупированными территориями Беларуси.

У немцев было две позиции по БНР: позиция руководства армии и позиция политического руководства в Берлине. Официальный Берлин был категорически против и не верил ни в какие формы белорусской государственности. А немецкой армии нужно было управлять оккупированными белорусскими территориями. Язык они не знали и отдали часть административных функций БНР.

Поэтому говорить о БНР как о государстве не приходится. Они не контролировали ни одного сантиметра земли. На момент прихода немцев в Минск имелся белорусский полк. Однако немцы его разоружили. При отступлении немцев генерал Кондратович пробовал создать армию в составе 200 тысяч человек. Кадровый резерв это позволял.

Деятели БНР пытались обратиться к оккупационной немецкой администрации с согласованием о создании армии. Немцы ответили, что, если они обнаружат какое-либо ненемецкое вооружённое формирование в зоне действия своих пулемётов, то будут эти пулемёты использовать по назначению. Поэтому БНР и не дали создать никакой армии.

Единственное выступление в поддержку БНР – это Слуцкое восстание 1920 г. Поход Булак-Балаховича не имеет никакого отношения к БНР. Он сам себя единолично, нелегально и нелегитимно объявил начальником своей же БНР. Поэтому поход самозваного Балаховича нельзя рассматривать как акцию БНР.

У соседей были территориальные претензии на белорусские земли. Литовцы претендовали на территории северо-запада вплоть до Минска, использовали противоречия внутри Рады БНР. Поляки и литовцы создавали военные формирования из белорусов под «погонями» и бело-красно-белыми флагами в составе своих армий. В них белорусы выполняли функцию пушечного мяса. В битве за Вильно как с польской, так и с литовской стороны умирали представители белорусских вооруженных формирований, служивших соответственно Литве и Польше. Знаменитый гродненский полк также был структурным подразделением литовской армии.

- Как формировался бюджет БНР? Кто её финансировал?

- Если говорить о начале 1918 г., то основу бюджетных поступлений составляли переводы из минского, бобруйского, могилёвского и некоторых других бюджетов. Бобруйская Рада до 25 марта поддерживала БНР, а после объявления независимости БНР перестала ее поддерживать, восприняв это как акт предательства решений Всебелорусского съезда.

После этого украинцы давали подачки Народному секретариату. Но при этом не следует забывать о таком малоисследованном сюжете, как украинская оккупация южной Беларуси по позорному Брестскому миру. Украина была признана как Антантой, немцами, так и РСФСР. Поэтому украинцы согласно этому договору оккупировали всё белорусское Полесье: Брест, Пинск, Гомель. У некоторых товарищей аппетиты простирались аж до Быхова и до Слуцка. Это была не просто декларация. Украинцы ввели войска и начали насильственную украинизацию. Они создали свою администрацию, управление и творили на белорусских землях что хотели.

Украинцы постоянно торговали с БНР, подбрасывали деньги и шантажировали этими подачками говоря: мы признаем БНР, только когда вы признаете за Украиной Гомель, Пинск и Брест.

При этом можно вспомнить про торговую палату в Киеве, возглавляемую белорусским историком Митрофаном Довнар-Запольским. От неё БНР также получала деньги.

А с 1919 г. положение стало совсем бедственным. Например, чтобы Антон Луцкевич от БНР смог съездить на Парижскую мирную конференцию, ему пришлось обращаться за помощью к украинцам, правительству Винниченко, которые и профинансировали поездку. Так что БНР не имела ни мощных финансов, ни вооружения.

- Можно ли назвать БНР антирусским проектом?

- Не было в БНР никакой русофобии. Луцкевич, как и многие другие отцы БНР, уже в 1919 г. считал главным врагом белорусов польский национализм и шовинизм. Всё белорусское национальное движение развивалось как антипольское уже в XIX столетии. Все понимали, что без поддержки русских белорусское государство создать невозможно. Даже те полонофилы, на глазах которых возрождалась Польша, сразу после этого переставали быть полонофилами. Ничто так не отрезвляло горячие белорусские головы и сердца, как циничная и колонизаторская политика Польши. Поэтому и брошюру Антон Луцкевич издал под названием «Польская оккупация Беларуси». Русских оккупантами никто не считал.

Тот же Луцкевич, когда в 1919 г. поехал в Киев, ничего не имел против федерации с Советской Россией. У него была единственная просьба процедурного характера – чтобы сначала советская власть признала Белорусскую республику как независимую, а после он готов был вступить в федерацию.

Более того, в Третьей Уставной грамоте от 25 марта чётко написано, что вопрос о дальнейших связях Беларуси с иными государствами решит Учредительное Собрание. Таким образом, БНР себя декларировала как не более, чем временное правительство. Она вела переговоры со всеми: немцами, поляками, литовцами, украинцами. Но больше всего были попытки договориться с Россией. Причём с Россией как красной, так и белой. С одной стороны, поехал Бурбис в Москву. Луцкевич через Украину вёл переговоры с представителями большевиков в Киеве. С другой стороны, велась плотная переписка с руководством армии Деникина.

Некоторая часть, подчёркиваю, часть деятелей БНР была настроена антибольшевистски, хотя сами разделяли социалистические взгляды. Хоть сам Антон Луцкевич писал, что «большевизм – это единственный антидот, который может спасти Беларусь от страшной болезни под именем полонизация».

- Кто из деятелей БНР вам наиболее симпатичен и близок?

Из всех деятелей БНР мне наиболее симпатичен Вацлав Ластовский и его правительство БНР, пришедшее на смену Луцкевичу. Ластовский был единственным человеком прямого действия. Он реально организовал в 1920−1922 гг. антипольское, антиоккупационное партизанское движение на территории Западной Беларуси от Белостока до Столбцов. Причём он единственный, кто смог качественно организовать его финансирование, получая деньги от ОГПУ, литовских служб и, если не ошибаюсь, и от немецкого Абвера. Эти партизанские отряды героически воевали за освобождение Беларуси от белополяков.

- БНР и БССР: имеется ли преемственность между двумя проектами?

- У нас любят противопоставлять БНР и БССР. Это неправильно.

Во-первых, имеется преемственность на уровне идеологии. Потому что реально историческая БНР 1918−1925 гг. – это социалистический проект. Кроме большевиков были и другие социалисты: меньшевики, эсеры, народники. Поэтому, если брать первую конституцию ССРБ (название БССР в 1919 г.) и сопоставить с Уставными грамотами БНР, то можно увидеть сходство принципов, философии и ценностей.

Во-вторых, имеется преемственность в понимании создания и развития белорусской государственности. Преемственность есть в понимании культурной политики, в том, что белорусская культура должна развиваться и получать высокие формы. Преемственность также имеется и в понимании белорусской субъектности. Как в БНР, так и в БССР есть понимание, что белорусы – это нация, которая имеет право на самоопределение, самореализацию на своей земле.

Вообще, все белорусское движение вышло из БСГ (Белорусская социалистическая громада) или ещё каких-либо социалистических организаций. Правых ни в БНР, ни в БССР не было. Создатели БНР и БССР вместе социализировались, бок о бок жили, росли, в большинстве были левыми революционерами. Поэтому границы между ними такой не было. Эсеры, может, и не очень любили большевиков, но это им не мешало подписать договор о совместной партизанской борьбе против поляков в Западной Беларуси в 1920-е гг.

Более того, когда Луцкевич и всё правительство БНР переехало в Гродно, и до них дошла информация, что Жилунович провозгласил ССРБ, у них была огромнейшая радость. Антон Луцкевич в своём дневнике тогда же и написал: «Все наши возбуждённые и радостные, готовы ехать, работать и помогать». Т.е. для них самое главное было реализовать белорусскую государственность.

В 1921 г. Сталин и Чичерин поняли, что геополитическая ситуация, в которой оказалась Польша, оккупировав Западную Беларусь и Западную Украину, даёт хороший шанс советской власти в том случае, если она идёт навстречу белорусской и украинской государственности на советской основе. Потому что было понятно, что поляки никакой государственности ни в каком формате белорусам и украинцам не предоставят. Что и оказалось справедливым. Поэтому, когда мы говорим о политике белорусизации и коренизации, то подразумеваем, что эта политика является продолжением решения десятого съезда РКП(б). Уже никто и никогда от имени партии большевиков не ставил под сомнение существование белорусской и украинской нации. Сталин в 1921 г. сказал, что не сомневается в самобытности белорусской нации с её языком, культурой и правом на самоопределение.

Деятели БНР смотрели с восторгом на белорусское национальное строительство БССР вокруг Минска. Клавдий Душ-Душевский, автор бело-красно-белого флага, писал, что круги БНР сейчас гниют, а настоящая белорусская жизнь происходит в Минске, в БССР. Вацлав Ластовский писал, что большевики доказали, что создают белорусскую национальную государственность. И все это привело круги БНР, выбравшие важность государственности, к консенсусу с БССР, с которой они до этого некоторое время спорили.

В 1923 г. полпред СССР в Варшаве Александр Ульянов пригласил Антона Луцкевича к себе и спросил, что с точки зрения Западной Беларуси было бы правильно сделать в Восточной Беларуси. И Луцкевич озвучивает следующие пункты: развёрнутая культурная работа, включение этнических белорусских территорий в БССР, создание в БССР армии по территориальному принципу, служба в БССР для жителей БССР и политическая амнистия деятелям БНР. Всё это было реализовано в БССР.

В 1923−1924 гг. шла подготовка к ликвидации БНР и передаче правопреемства ею БССР. В это же время проходили и поездки деятелей БССР Михася Чарота и Жилуновича к членам правительства БНР в странах Европы, шли контакты руководства БССР с руководством БНР во главе с Цвикевичем. Это показывает, что до 1925 г. символическую, репрезентативную функцию БНР в БССР признавали.

Как результат, в 1925 г. проходит Берлинская конференция – очень важное, знаковое событие во всех отношениях. На этой конференции собирается правительство БНР и голосует за самороспуск. Против этого решения был только один голос – Захарко, который после сам себя нарёк президентом и репрезентировал как единственный БНРовец. После в торжественной обстановке Жилуновичу и полпреду СССР Ульянову были переданы мандаты БНР. Это широко освещалось в прессе. Правительство БНР признало Минск единственным центром белорусского возрождения. Назвала всех тех, кто будет вести борьбу в любых формах против БССР, врагами белорусского народа, не признала Рижский мирный договор и продекларировала, что только БССР может освободить Западную Беларусь «от польского ига».

Таким образом, с 1925 г. Советская Беларусь де-юре и де-факто является полным правопреемником этой государственной традиции. После 1925 г. никаких легитимных правительств БНР не существует.

Есть ещё один факт. До 1925 г. ОГПУ вела негласный надзор за деятелями БНР, представлявшими реальную опасность для сохранения стабильности в Советской Беларуси. Но после конференции БНР в Берлине вся разработка была остановлена.

Большинство деятелей БНР приехало в Минск, получило высокие должности, кто-то в Академии наук, кто-то в наркомате. Все они работали на славу Родины, подчеркну, БССРовской Родины, с мечтой о воссоединении Западной Беларуси с БССР на одной территориальной основе.

Потом произошел трагический 1937 год, и в одни и те же могилы легли как создатели БНР, так и отцы БССР. И те, и другие служили белорусскому народу.

Поэтому мы должны понимать, что БНР – это один из первых шагов белорусской государственности, во многом неуспешный и параллельный Белнацкому. Белнацком переиграл БНР, поставив чётко на большевиков и Советскую Россию. Все реальные политики в БНР это поняли и сложили свои полномочия в пользу БССР.